Это катехизическое поучение было произнесено св. Августином
накануне Пасхи и обращено к оглашенным, ожидающим принятия Святого Крещения
в день Светлого Христова Воскресения. Перевод свящ. М. Козлова по изданию:
Augustine de Hippone, « Sermons pour la Pâque », in: « Sources Chretiennes »,
№ 116, Paris, 1966.
Печатается по: «Троицкое слово», № 5, 1990, стр. 3–5.
I. Вы прочли наизусть, во что должны веровать, вы услышали, чего должны просить в молитве. Так как невозможно было призвать [Того], в Кого не уверовали, – по слову Апостола: «Как призывать Того, в Кого не уверовали» (Рим. 10, 14), – вы прежде выучили Символ, где содержится правило веры, одновременно краткое и великое: краткое по числу слов, драгоценное по весомости содержания. А молитва, которую вам сегодня было поручено запомнить и прочесть наизусть на восьмой день, как вы уже слышали при чтении Евангелия, Самим Господом была передана Его ученикам, и от них дошла до нас, ибо «по всей земле прошел голос их» (Пс. XVIII, 5).
II. Итак, не привязывайтесь к земному, обретя Отца, сущего на небесах. Ведь вы должны будете сказать: «Отче наш, Иже еси на небесех». Поистине, к великому роду вы вознамерились присоединиться. У Этого Отца братьями являются богатый и бедный, у Этого Отца братьями являются полководец и простой воин. На земле все верующие христиане имеют различных отцов, одни знатных, другие нет, – призывают же Единого Отца, Который на небесах. Если на небе наш Отец, то и наследство нам уготавливается на небе. Ведь Отец наш таков, что дарует нам в совместное с Ним владение то, что Сам имеет. И действительно, Он дает нам наследство, но не так, как обычно бывает, когда человек, умирая, нам что-либо оставляет. Ибо Он не уходит, чтобы мы унаследовали, но пребывает, чтобы мы присоединились. Теперь, когда мы узнали, у Кого просим, следует узнать и чего просить, да не оскорбим Такого Отца дурным прошением.
III. Итак, чего Господь Иисус Христос научил нас испрашивать у Отца, сущего на небесах? – «Да святится имя Твое». Какое же благодеяние мы испрашиваем у Бога, говоря: «Да святится имя Твое»? Ведь не может случиться так, чтобы имя Его не было свято. Имя Божие всегда свято; стало быть, не потому ли мы просим: «Да святится», как не для того, чтобы нам самим через него освятиться? Мы молим, чтобы то, что всегда свято, святилось и в нас. Будет и в вас святиться имя Божие, когда примите Крещение, но и после крещения будете молить об этом, дабы то, что приняли, в вас пребывало.
IV. Следует затем второе прошение: «Да приидет Царствие Твое». Будем мы просить или не будем, Царство Божие приидет, стало быть, не потому ли мы просим, как с той целью, чтобы и для нас пришло [Царство], которое приидет для всех святых, чтобы причислил и нас Бог к числу святых, для которых приидет Его Царство?
V. В третьем прошении мы говорим: «Да будет воля Твоя яко
на небеси и на земли». О чём тут речь? Подобно тому как ангелы служат
Тебе на небе, так и мы да послужим Тебе на земле. Святые ангелы, любя Бога,
повинуются Ему, не прегрешают перед Ним, исполняют Его повеления. Следовательно,
мы молимся о том, чтобы и мы смогли в любви исполнять заповеди Божий. Слова:
«Да будет воля Твоя яко на небеси и на земли», – могут быть поняты
и по-другому. Небо в нас – душа, земля в нас – тело. Как тогда [истолковать]:
«Да будет воля Твоя яко на небеси и на земли»? Как мы вняли Твоим
заповедям, так пусть будет нам послушна плоть наша, дабы из-за раздора
между плотью и духом мы не оказались менее усердными в исполнении Божиих
заповедей. Однако, дражайшие, когда плоть желает противного духу, как земля
небу, тогда пусть и дух возжелает противного плоти, дабы не возобладала
земля над небом. И если мы не можем упразднить этого несогласия, то откажем
[плоти] в согласии.
Понимаются слова: «Да будет воля Твоя яко на небеси и на земли»
еще и так: небо – это верующие, которые облеклись в образ небесного человека,
то есть Христа. Неверующие же, т. к. носят образ земного человека, называются
землей. Поэтому, говоря: «Да будет воля Твоя яко на небеси и на земли»,
– мы молим нашего Благого Отца: как уверовали в Тебя верующие, так и неверующие
да уверуют. Тем самым мы учимся молиться за врагов наших.
VI. Ниже в молитве следует: «Хлеб наш насущный даждь нам
днесь». Просим ли мы у Отца потребное для тела пропитание, обозначая
хлебом всё необходимое, или понимаем под насущным хлебом тот, который вы
примите из алтаря, правильным будет говорить: «Даждь нам днесь» –
то есть в настоящее время.
Хлеб необходим в сем веке, когда нам свойственно алкать.
Когда же наступит иная жизнь и умолкает голод, будет ли у нас нужда просить
хлеба? А если иметь в виду хлеб, который, как я сказал, мы принимаем из
алтаря, то опять же хорошо молиться, чтобы Бог его нам дал. Ведь о чем
нам молить, как не о том, чтобы не допускать в себе всего того зла, которое
отделяет нас от сего [Святого] Хлеба?
Хлебом является и ежедневно возглашаемое Слово Божие. Ибо, не являясь
хлебом для желудка, не есть ли оно хлеб для души? Когда же прейдет эта
жизнь, мы не будем искать хлеба, которого ищет голод; не будет нужды принимать
Таинство алтаря, ибо станем едины со Христом, Чье Тело ныне принимаем;
не потребуется, чтобы говорились слова, которые мы теперь говорим вам,
и чтобы читался кодекс [Священного Писания], ибо мы увидим Того, Который
является Словом Божиим, «Которым всё начало быть» [Ср.
Ин. 1, 3], Которым окормляются ангелы, Которым просвещаются ангелы,
Которым умудряются ангелы, не взыскующие слов уклончивой речи, но пьющие
Единое Слово, от преизбытка извергающие похвалы и не оскудевающие в славословиях.
«Блаженны живущие в доме Твоем; они непрестанно будут восхвалять Тебя»
(Пс. LXXXIII, 5), – говорит Псалмопевец.
VII. К настоящей жизни относится и следующее прошение: «Остави
нам дóлги наша». В Крещении все ваши долги, то есть прегрешения,
вам отпускаются, – совершенно все. Но так как никто не может прожить здесь
без греха, – ведь никто не может прожить на этой земле, если не без большого
греха, из-за которого отсекаемся от [Святого] Хлеба, то вообще без прегрешений,
– а крещение мы можем принять единожды, то нам и дана эта молитва как источник
ежедневного очищения, так что нам ежедневно отпускаются грехи, но только
если исполняем, что затем следует [в молитве]: «якоже и мы оставляем
должником нашим».
Итак, братья мои, предупреждаю вас: детьми Бога, а не какого-то великого
человека вы будете. Разве начальник провинции соизволит усыновить кого-либо
из вас? А Божия благодать всех делает детьми.
Вы будете произносить эту молитву ежедневно после крещения, и даже
главным образом после крещения, собственно. Молиться этой молитвой до крещения
вы и не будете: до восьмого дня это будет чтение наизусть, а не молитва;
будете ей молиться после крещения, ибо кто же может говорить «Отче наш»,
не будучи рожден.
Итак, поскольку вы будете произносить эту молитву ежедневно, убеждаю
вас, по Божией благодати сыновей моих, а по Отцу [Небесному] братьев моих:
когда кто-либо оскорбит вас или прегрешит против вас, а [затем] придет,
исповедует свой грех и испросит у вас прощения, тотчас от всего сердца
отпустите ему, дабы не удалиться вам от нисходящей от Бога милости. Ведь
если вы не отпускаете, то и Он не отпустит вам. Смотрите, что говорит вам
Бог: «Справедливо [именно] у Меня ты просишь прощения, ибо Я согрешать
не могу. И, вот, когда во Мне нельзя найти никакого греха, я прощаю, вы
же простить не желаете. Хорошо. Я уступаю, не прощайте. Но тогда живите
так, чтобы Я не обрел в вас ничего заслуживающего наказания».
Бог разрешает тебе воздать человеку, который тебя оскорбляет. Но просит
милости. Тот был врагом, но, испрашивая прощения, разрушает вражду. «Нет,
– говоришь ты, – желаю отомстить». Остерегись, как бы в тебе самом не нашлось
основания для мести. Ты ли хочешь, чтобы был наказан грех, человек, пребывающий
во грехе! Смотри, как бы не наказал тебя Тот, в Ком нельзя найти греха.
Таким образом, это прошение относится к теперешней жизни, ибо грехи,
где совершаются, там и отпускаются. В иной жизни они, за неимением, отпускаться
не будут.
VIII. После того мы молимся, говоря: «Не введи нас во искушение,
но избави нас от лукаваго».
Тот впадает в искушение, кто сочувствует искусителю. И действительно,
в теперешней жизни полезно быть искушаемым, но не полезно впадать во искушение.
Когда тебя искушают, стремясь соблазнить деньгами на какой-либо дурной
поступок, ты искушаем, но именно как человек честный. И, если не дашь согласия,
будешь найден невинным. Советую тебе: осуди в душе сребролюбие, и деньги
не соблазнят тебя. Затвори дверь перед искушением и задвинь засов – любовь
Божию. А сделать это возможно лишь с помощью Того, Кого призываем в молитве.
Люди искушаются различными способами; одни искушаются посулами, другие
– угрозами; чтобы тот, кого не удалось совратить посредством соблазна,
был совращен посредством устрашения. Но человек, который укрепляется в
Боге и на устах которого Бог, слышит слова: «не введи нас во искушение»,
– побеждает дурные пристрастия, побеждает пустые страхи.
Опять же: просить – «не введи нас во искушение», – необходимо
в сей жизни, ибо здесь суть искушения: равно и – «избави нас от лукаваго»,
– ибо здесь есть лукавый.
Таким образом, всего прошений семь; три относятся к жизни вечной, четыре
к жизни нынешней.
«Да святится имя Твое» – всегда будет;
«Да приидет Царствие Твое» – вечным будет это Царство;
«Да будет воля Твоя яко на небеси и на земли» – всегда будет;
«Хлеб наш насущный даждь нам днесь» – не всегда будет;
«Остави нам долги наша» – не всегда будет;
«Не введи нас во искушение, но избави нас от лукаваго» – не
всегда будет; но где есть искушение и где есть лукавый, там необходимо
это прошение.
Молитва Господня побуждает вас к тому, чтобы вы не только учились просить
желаемого у Бога Отца, сущего на небесах, но и учились желать должного.
Аминь.
